Мы поехали семьёй, из России, своим ходом через Казахстан, и провели в стране две недели. Проехали её почти насквозь — от Ташкента до Муйнака, где море ушло и не вернулось. Для меня это был второй заход: первый раз я был здесь 13 лет назад. И главным сюжетом поездки неожиданно стало сравнение.
Граница, документы и страховка
Границу Казахстан – Узбекистан мы переходили на переходе Kaplanbek, который находится прямо в пригороде Ташкента. Изначально я думал ехать через Астрахань, Мангыстау и западный Узбекистан, но погранпереход между Казахстаном и Узбекистаном для легковых автомобилей там до сих пор закрыт.
Россиянам виза не нужна, достаточно загранпаспорта. У ребёнка должен быть свой, отдельный.
На границе на машину оформляют временный ввоз — обычная таможенная декларация, срок до трёх месяцев, оформлял электронно через приложение E-Tranzit (лучше оформить через приложение, чтобы не платить за помощь с оформлением). Еще нужно заплатить «сбор за въезд», заплатил за легковую машину около 170 тыс. сом, включая комиссию банка (~1200 рублей). Его почему-то все называли страховкой и я подумал, что это типа ОСАГО. Даже после пересечения границы спросил у полицейского, нужна ли мне еще какая-то страховка, он сказал, что нет (это не так!).
Потом, когда уже доехали до Ташкента, я разобрался и оказалось, что это именно плата за временный ввоз, а не страховка. А ОСАГО нужно оформлять отдельно. Я через знакомых нашел местного человека, который помог оформить ОСАГО, договорились прямо через телеграм, оплатил через киоски оплаты, которых в Узбекистане много и мне прислали страховку, получилось очень дешево, что-то около 450 рублей на 15 дней. К слову у нас ее ни разу не проверили, но она бы пригодилась в случае ДТП.
И регистрация. Формально иностранец должен встать на учёт по месту пребывания; для россиян правила мягче, чем для всех остальных. Если вы ночуете в отелях, они делают это сами и молча — просто сохраняйте все бумажки до самого выезда.
Дороги, гаишники, бензин
Дороги разные, есть нормальные, есть хорошие, но в целом не очень, хоть и асфальт почти везде, но плохого качества. Не катастрофа, но могло быть и лучше. Трафик местами хаотичный — при этом показалось, что пешеходов здесь пропускают лучше, чем во многих городах России.
Гаишников много, камер тоже. Ни одного общения с ними у меня так и не случилось, о чём я не жалею. Иногда на постах мне даже казалось, что гаишники специально от меня отворачиваются, чтобы случайно не остановить. Насколько я знаю есть прямой приказ не останавливать туристов без причины, а за каждую такую остановку придется писать рапорт с объяснением причин.
Отдельный сюжет — топливо. Огромная часть местных машин ездит на метане,на газовых заправок очень много. АИ-95 есть не везде, так что бак лучше держать полным. 92-ый встречается почаще, но чем дальше от больших городов, тем сложнее найти бензин. Причем тут два типа бензина – российский (подороже) и местный (подешевле).
И совет, который я хочу дать всем: напомните мне больше не ездить в Среднюю Азию летом. Жара — главный враг путешественника по Узбекистану, всё остальное решаемо.
Ташкент
Такси и метро
Слухи о дешёвом такси оказались не слухами. Не в час пик поездка на 10 км (22 минуты) стоит 470₽ по тарифу «премьер» и 300₽ по «бизнесу». Можно побыть состоятельным человеком — правда, недолго. Много электрокаров в такси.
Метро — 10 рублей, неглубокое, многие станции вообще без эскалаторов. Кстати, это первое метро в Средней Азии, и до 2018 года его было запрещено фотографировать: объект считался стратегическим.
Центр плова
У жены в поездке был день рождения, и на романтический обед мы пошли в Центр Плова 😄
Место называется Besh Qozon — «пять казанов». Название давно устарело, казанов тут уже больше десятка, и стоят они в открытую, прямо перед гостями. Получается бесплатный театр: один шинкует гору мяса, второй достаёт лепёшки из тандыра, третий собирает тарелки, четвёртый разносит, пятый мешает плов. Вокруг ходят туристы и суют камеры практически внутрь казана.
Видов плова несколько, мы взяли на оливковом масле. Цены от 46 до 74 тысяч сумов (250–450₽). Тарелки такие, что одной спокойно хватает на двоих. Плюс лепёшка, салат ачи-чук и чайник чая — и всё равно выйдет дешевле, чем капучино с круассаном в Москве.
Честно: вау-эффекта плов у меня не вызвал. Возможно, потому что в Узбекистане вообще сложно найти плохой плов — он здесь вкусный практически везде, и сказать, что в Центре плова он заметно лучше, я не могу. К тому же я не поклонник баранины, у неё слишком специфический запах и привкус, а плов оказался именно с ней. Гастрономического откровения не случилось.
А вот ради атмосферы приехать точно стоит.
Гелиокомплекс «Солнце»
Под Ташкентом есть место, которое больше похоже на декорации к научной фантастике, чем на достопримечательность.
Всего в 50 км от города стоит гелиокомплекс «Солнце» — одна из крупнейших в мире солнечных печей. Таких в мире по-настоящему две: эта и французская в Одейо. На склоне горы расположены 62 гелиостата с почти 11 тысячами зеркал; в течение дня они автоматически поворачиваются вслед за солнцем и отражают свет на огромный параболический концентратор.
Сам концентратор впечатляет не меньше: высота около 54 метров, ширина — 47. По сути гигантское вогнутое зеркало из тысяч зеркальных элементов. Оно собирает лучи в одну точку, где температура достигает 4000°C. Для сравнения: сталь плавится примерно при 1500°C.
Именно здесь в советское время испытывали материалы для космической программы, в том числе элементы теплозащиты «Бурана».
Вход — 60 000 сумов (360₽), в стоимость входит небольшая экскурсия с гидом. Могут предложить эксперимент на малой солнечной печи: там около 2000°C, достаточно, чтобы металл начал плавиться и сыпать искрами. Если дать монетку, её прожгут насквозь и вернут в качестве сувенира. За демонстрацию обычно просят доплатить около 100 000 сумов экспериментатору.
Мы добирались на машине, но можно доехать автобусом до Паркента, а дальше взять недорогое такси.
Хорошо, что такие объекты доступны туристам. Но не отпускало ощущение, что лучшее время этого места — в смысле науки — уже позади, и сейчас оно выживает как может.
Самарканд
Приехали поздно вечером и сразу пошли гулять. К счастью, многое здесь работает до 22:00, так что даже после дороги успели увидеть немало.
На мой взгляд, Самарканд раскрывается именно после заката. Когда включается подсветка, медресе, мавзолеи (особенно Амира Тимура) и площади выглядят намного эффектнее, чем днём. Плюс исчезает жара. Так что мой совет — гуляйте вечером. Исключение, пожалуй, только некрополь Шахи-Зинда: эта лестница с бирюзовыми мозаиками настолько красива, что её стоит увидеть и при дневном свете.
И всё же впечатление осталось ровно то же, что и 15 лет назад: не лежит у меня к нему душа.
Город очень чистый, ухоженный и развитый. Отличные дороги, широкие тротуары, хорошие рестораны — всё, кажется, сделано по уму. Настолько аккуратно, что местами напоминает декорации к историческому фильму. Памятники тщательно отреставрированы, и иногда возникает ощущение, что с реставрацией сильно переборщили, не оставив ничего аутентичного.
И ЮНЕСКО, в списке которого Самарканд состоит с 2001 года, тут со мной согласен. Организация годами ругает город именно за реставрацию: её делают так, что вместе с трещинами стирают и историю. Мечеть Биби-Ханым, например, отстроили выше оригинала, плитку заменили, а изящная каллиграфия на портале — добавка уже XX века.
Трудно объяснить это чувство, но в Бухаре мне в прошлый раз понравилось гораздо больше — она оказалась сильно уютнее. В итоге мы не задержались: одна ночь, и дальше.
Бухара
В прошлый раз я был здесь ровно 13 лет назад. Тогда она показалась мне идеальным восточным городом: уютной, немного потрёпанной временем, живой и настоящей.
Бухара по-прежнему красива. Отреставрированные фасады, чистые площади, аккуратные улочки, подсветка, кафе. Но кажется, что она постепенно идёт по пути Самарканда. Всё стало слишком вылизанным.
Вечером на главных улицах уже сложно протолкнуться. И что удивило — туристы теперь не только иностранцы. Половина, если не больше, местные. Ещё 10–15 лет назад такого потока внутреннего туризма я здесь не помню.
Наверное, это хорошо. Город живёт, развивается, зарабатывает. Но я рад, что успел увидеть Бухару такой, какой она была.
Больше нет того старичка, у которого я каждое утро покупал компот на Ляби-Хауз. Не видно продавцов ковров, с которыми я играл в шахматы прямо у их лавок. Исчезли мелочи, из которых и складывалось ощущение старой Бухары.
Шуховская башня
К минарету Калян в Бухаре все приезжают подготовленными и примерно понимают, что увидят. А вот Шуховская башня застаёт врасплох.
Ажурная металлическая конструкция вырастает на фоне бухарского Арка и старого города как что-то инопланетное. Я, если честно, вообще не знал, что она здесь есть. Когда увидел впервые, просто остановился посреди площади и несколько секунд пытался понять, что именно вижу.
40-метровая гиперболоидная башня по проекту инженера Шухова построена в 1929 году на площади Регистан и работала водонапорной. Всего таких башен Шухов спроектировал около двух сотен — до наших дней дожили единицы. В 90-х местный бизнесмен пристроил к ней лифт и открыл наверху обзорную площадку и ресторан.
Мы проходили мимо поздно вечером, лифт ещё работал, и я не отказал себе в удовольствии подняться (240₽). Сверху хорошо видны купола мечетей и минареты старой Бухары. Если будете в Бухаре, не проходите мимо — это, пожалуй, самый неожиданный объект города.
Ротавирус
Ещё эта поездка запомнится тем, что именно в Бухаре мы на три дня выпали из жизни из-за ротавируса.
После этого мои мысли о поездке в Афганистан всей семьёй как-то резко испарились. Жене и дочке я купил билеты домой из Самарканда, а сам поехал дальше по плану.
Хива
Вечером первого же дня, когда я гулял по старому городу и поймал себя на ощущении, которое было в Бухаре 13 лет назад, ещё той, дотуристической.
Хива не такая яркая и нарядная, как Самарканд или Бухара, местами облезлая и неухоженная. Но настоящая, и по части подлинности она даёт фору обоим. Здесь можно часами плутать по старому городу, а можно выйти за стены и просто посмотреть, как живут люди. Сверни буквально на десять метров с туристической улицы — и попадёшь в пустой проулок, где время отмотали на пару столетий назад.
Отдельная любовь — резные деревянные двери. Я не мог перестать их фотографировать. Если будете там, найдите ещё Джума-мечеть с её лесом резных деревянных колонн.
Символ города — бирюзовый минарет Кальта-Минор у западных ворот. «Кальта» значит «короткий». Хивинский хан задумал минарет, который переплюнет всё: по легенде, такой высокий, что с вершины разглядишь саму Бухару. Закончить не успели — хан погиб в бою в 1855-м, и вместо 70 с лишним метров получилось 29. Город, мечтавший обогнать соседа, получил самый знаменитый недострой в стране, который и стал его главным символом.
А ещё в VIII веке в Хиве, тогда столице Хорезма, родился Аль-Хорезми. От его имени произошло слово «алгоритм», а от названия его книги — «алгебра». Вдумайтесь: каждый раз, когда лента подсовывает вам очередной рилс, где-то на фоне работает наследие человека из Хивы. Об этом удобно думать, стоя рядом с его памятником.
Кстати, Ичан-Кала — старый город Хивы — стал первым объектом Узбекистана в списке ЮНЕСКО, ещё в 1990 году.
Очень советую съездить сюда, пока город всерьёз не накрыло массовым туризмом и бездумной реставрацией. Тем более добираться стало просто: из Ташкента пустили скоростной поезд, весь путь около 7,5 часов. И да — у мечети очень позитивный парень после вечерней молитвы продаёт самый вкусный натуральный компот в Узбекистане (60₽ за литр). Ровно такой же, какой я пил 13 лет назад в Бухаре.
Поезжайте сейчас. Через несколько лет тот самый пустой проулок, скорее всего, будет уже не таким пустым.
Каракалпакстан
До этой поездки я, к своему стыду, даже не помню, чтобы слышал это слово.
Оказывается, 40% территории Узбекистана занимает суверенная республика Каракалпакстан, которая по конституции имеет право выхода из состава страны. (В 2022-м, когда эту статью попытались убрать из проекта новой конституции, в Нукусе начались протесты — статью вернули на место.)
Почти 40% населения республики — каракалпаки, у них свой язык. Точнее, мне показалось, что многие говорят на смеси каракалпакского и русского — как многие татары в России, например.
Столица — Нукус. Город довольно современный и ухоженный.
Музей Савицкого в Нукусе
Эту точку на карте я отметил несколько лет назад. Ходил на лекции по искусству и случайно услышал про музей в Нукусе — городе, о существовании которого многие за пределами Узбекистана даже не подозревают. Отметил без особой надежды когда-нибудь попасть: Нукус казался чем-то далёким и почти мифическим, примерно как Учкудук с его тремя колодцами. Прошло несколько лет — и вот я здесь.
Музей основан Игорем Савицким в 1966 году. Его часто называют «Лувром в пустыне», и это не журналистское преувеличение: в городе на краю Кызылкума находится одна из крупнейших коллекций русского авангарда в мире — третья после Русского музея и Новой Третьяковки.
История у музея отличная. В советские годы авангардисты были под запретом: работы убирали в запасники, уничтожали или просто забывали. Савицкий ездил по всему СССР, разыскивал картины, выкупал их у родственников художников — часто под честное слово, обещая заплатить позже, а потом выбивал деньги из республиканского бюджета. И свозил всё в далёкий Нукус. Возможно, именно удалённость города и помогла сохранить то, что в другом месте могло не пережить своё время.
Сегодня здесь Кандинский, Родченко, Фальк, Попова, Лентулов, Розанова и многие другие. Плюс много туркестанского авангарда. Но лично на меня наибольшее впечатление произвёл синий «Бык» Лысенко — именно он неформальный символ музея.
Всего в фондах около 100 тысяч экспонатов, посетители видят лишь небольшую часть. Вся информация — на четырёх языках: узбекском, каракалпакском, английском и русском.
Рекомендую съездить, но для начала можно посмотреть прекрасную документалку «Пустыня запретного искусства» (2010).
После музея зашёл в соседнее Cinnamon cafe — европейское меню (паста, пицца, бургеры) на русском. Бургер 190₽, капучино 110₽, огромный кусок «Наполеона» 180₽.
Миздахкан и Чилпык
По пути успел заехать на пару археологических памятников.
Некрополь Миздахкан стоит рядом с руинами древней крепости Гяур-Кала. Когда-то здесь был крупный город, а кладбище изначально было зороастрийским. Потом пришли арабы, крепость захватили, и вместе с ней в Средней Азии закончилась эпоха зороастризма. Некрополь продолжил существовать уже как мусульманское.
Есть и красивая легенда: считается, что именно здесь находится могила Адама. Благодаря этому в Средние века место стало одним из центров паломничества. Сейчас туристы и паломники складывают на холме пирамидки из семи камней — считается, что каждая такая башенка оттягивает апокалипсис.
Я не стал складывать пирамидку.
Чилпык — огромная круглая башня на вершине одинокого холма в 45 км к востоку от Нукуса. Ей больше двух тысяч лет, построена примерно в конце I века до нашей эры. Это «башня молчания» — место зороастрийских погребальных обрядов.
Похороны у зороастрийцев напоминали тибетские «небесные»: умерших оставляли на вершине башни, птицы обгладывали кости, родственники собирали их и складывали в оссуарии, которые закапывали в землю. Всё это связано с философией зороастризма, запрещавшей осквернять землю разложением.
В том числе за это я и люблю путешествия — всегда узнаёшь что-то новое.
Кладбище кораблей в Муйнаке
Добрался до крайней точки маршрута — города Муйнак. Проехал почти весь Узбекистан.
Когда-то Муйнак был процветающим портом с одним из крупнейших в СССР рыбоконсервных комбинатов. Сейчас это памятник человеческой самоуверенности и глупости, наглядное пособие по технологической катастрофе, к которой могут привести действия людей.
Аральское море — четвёртое по величине озеро планеты — начало стремительно исчезать во второй половине XX века, после масштабных ирригационных проектов, когда воды Амударьи и Сырдарьи стали массово направлять на орошение хлопковых полей. За несколько десятков лет море отошло от Муйнака на сотни километров, оставив на память остовы старых кораблей. На освободившемся дне образовалась новая пустыня — Аралкум, самая молодая пустыня в мире.
От Нукуса сюда 200 км и 2,5 часа. Дорога средней паршивости, но ехать можно быстро: населённых пунктов мало, трафик слабый.
Есть музей, куда я не пошёл. Можно спуститься на дно бывшего моря — сейчас оно всё заросло кустами и колючками.
Отель искать не стал, заночевал прямо в машине возле музея. В качестве компенсации получил один из лучших бонусов путешественника — тысячи звёзд над головой.
Рандомные мысли и факты про Узбекистан
- В кинотеатрах фильмы идут на русском.
- Люди очень гостеприимные и доброжелательные.
- Везде очень чисто — не только в центрах городов, но и в небольших деревнях.
- В красивом заведении с претензией и хорошим обслуживанием официант очень вежливо спросил: «Заказ приняли, братан?» Не смог сдержать улыбку.
Итог
В очередной раз уезжаю из Узбекистана с очень приятным ощущением. Понравилось практически всё: еда, люди, места. Это уже второй визит, я успел увидеть довольно много — и всё равно есть чувство, что вернусь. Узбекистан чем-то напоминает мне Таиланд. Не природой и не морем, а вайбом.
Туристический потенциал тут огромный и пока раскрыт не до конца. История, кухня, местами совершенно уникальные достопримечательности, хорошие отели и рестораны на любой вкус и кошелёк. И сувениры, которые действительно хочется увезти: я часто привожу из поездок картины, и если во многих странах сложно найти даже приличную открытку, то здесь выбор работ местных художников огромный, а цены доступные (разве что кроме хороших ковров).
Развиваться, конечно, есть куда. Моря не хватает, и нужна транспортная инфраструктура: больше авиарейсов, нормальные дороги.
Мне кажется, Узбекистан до сих пор сильно недооценён, особенно в России. А зря.
